155 лет назад родился Гильермо Кало — первый промышленный фотограф Мексики и отец Фриды
Сегодня круглая дата: 155 лет со дня рождения Гильермо Кало. Весь мир знает его как отца художницы Фриды Кало, а в Мексике он прежде всего один из лучших фотографов архитектуры и промышленности начала XX века. Именно его снимки сегодня показывают, какими были Мехико, старые церкви и заводы страны больше ста лет назад.
Большая часть самых известных фотографий юной Фриды — тоже его работа.
Чем он знаменит:
⚬ Родился в немецком Пфорцхайме в семье ювелира под именем Карл Вильгельм Кало. В начале 1890-х совсем молодым уехал в Мексику, где стал Гильермо, работал бухгалтером в магазинах, а в 1894 году получил мексиканское гражданство.
⚬ Первая большая работа — серия из 80 снимков о строительстве торгового дома Casa Boker в Мехико в 1898–1900 годах: стальной каркас, который позволял возвести большое здание в короткий срок, Кало снимал этапы возведения.
⚬ В 1901 году вместе с тестем, тоже фотографом, открыл студию на проспекте 16 Сентября и снимал здания и интерьеры для журнала El Mundo Ilustrado.
⚬ Альбом «México 1904» — 50 крупноформатных снимков улиц и зданий столицы. В 2002 году его переиздали, а в 2003-м он получил премию Национального института антропологии и истории Мексики.
⚬ Стал официальным фотографом архитектурного наследия при президенте Порфирио Диасе: объездил страну и снимал церкви и монументы. Из этих снимков в 1920-х сложился многотомник «Iglesias de México», первые тома вышли в 1924 году.
⚬ С 1909 года снимал металлургический комбинат Fundidora в Монтеррее — 149 кадров, сегодня это классика промышленной фотографии Мексики.
⚬ В 1904 году построил дом в Койоакане. Позже Фрида выкрасила его в синий, а с 1958 года «Синий дом» стал музеем Фриды Кало.
Стекло, штатив и прямые линии
Кало работал крупноформатной камерой на стеклянных пластинах — от 8×10 до 11×14 дюймов, поэтому его отпечатки даже сегодня поражают детализацией. В его кадрах вертикали стен и колоколен стоят ровно, линия горизонта низко, а маленькие фигурки прохожих обозначают масштаб зданий. Каждый лист он подписывал в углу «Kahlo, foto» и ставил название места и год.
Так же внимательно он снимал и семью: делал студийные портреты дочерей и автопортреты на протяжении многих лет. Фрида была его любимицей — по словам отца, «самая умная из моих дочерей, она больше всех похожа на меня».
Почти всё, что Кало делал для заказчиков, сегодня называется архитектурной и промышленной фотографией. Вертикали выравнивают шифт-объективом или коррекцией перспективы в Lightroom, а человек в кадре по-прежнему лучше всего позволяет передать масштаб и размер здания. Фотоотчёт о стройке «от котлована до открытия» застройщики заказывают и сейчас.
Но главное — это его портреты Фриды. Получилось, что семейный архив, снятый с той же тщательностью, что и коммерческие заказы, со временем стал вероятно самым ценным наследием.
В 1951 году Фрида написала посмертный портрет отца с фотоаппаратом и подписала его словами о «художнике и фотографе по профессии», который шестьдесят лет жил с эпилепсией, но так и не перестал работать.
Что вам ближе — промышленная или семейная фотография? Как думаете, смогли бы совмещать?